Издательство Русская Идея Издательство Русская Идея Движение ЖБСИ



Яндекс.Метрика
Рейтинг@Mail.ru
ТАЙНА РОССИИ

4. "Екатеринбургские останки" как зеркало русской смуты


Пока что лишь часть русского народа осознала этот смысл событий XX в.: в 1981 г. Царь-Мученик был причислен к лику святых Русской Зарубежной Церковью (после чего ей была явлено великое чудо – мироточивая икона Иверской Божией Матери), а недавно и в России несколькими епархиями Русской Православной Церкви (что отмечено участившимся мироточением икон самого Царя). Большая же часть нашего народа и его ведущий слой, "творящий политику", все еще не вынесли из нашей вековой трагедии должного духовного урока.

Неофевралистский режим (перекрасившихся коммунистов-предателей) готов осуществлять декоративные "монархические проекты" лишь для маскировки нелегитимной сути своей власти – из комплекса неполноценности перед Западом и перед русской историей, к которой неофевралисты хотят примазаться. Думская оппозиция (ничему не научившиеся коммунисты-патриоты и подставной канализатор патриотизма Жириновский) способна лишь невежественно кощунствовать относительно двуглавого орла, так и не удосужившись понять выраженной в нем симфонии государственной и церковной властей...

И даже Синод Московской Патриархии продолжает игнорировать растущее снизу народное почитание Царя-Мученика, благословляет неофевралистов, не вникает в духовную природу русского православного Царства и в то, что только его восстановление может преодолеть смуту... Глава комиссии по канонизации митрополит Ювеналий, повторив даже в 1996 г. "сомнения" относительно образа жизни и правления Царя и "не найдя оснований" для его канонизации как монарха, предложил Поместному Собору 2000 г. рассмотреть вопрос о компромиссном прославлении Царской семьи лишь как мiрян, принявших мученическую кончину в годы гонений...

Особенно ярко все это проявилось в отношении к предполагаемым "останкам Царской семьи", выкопанным в 1991 г. под Екатеринбургом. Демократическая власть увидела в их похоронах утилитарный предмет своей легитимации в виде официального "завершения эпохи беззакония". Не удивительно, что большинство православного народа выступило против признания останков царскими, исходя из общего недоверия к власти: если она, не замеченная в страхе Божием и насаждающая антихристианскую идеологию, постоянно лжет, когда это выгодно, то почему нужно верить ее искренности в затее с останками? К тому же секретность работы правительственной комиссии (под руководством вице-премьера Б.Е. Немцова) и игнорирование ею многих противоречий в следствии оставили впечатление, что у кого-то была и другая цель – похоронить вместе с останками важные тайны, связанные с подлинной историей цареубийства.

Для этого достаточно сравнить две публикации: "Покаяние. Материалы правительственной комиссии..." (М. 1998) и "Общественные слушания по вопросу о "екатеринбургских останках"" в Госдуме от 21.5.98 ("Радонеж", 1998, № 9). Слушания в Госдуме были посвящены как раз "Материалам правительственной комиссии", которые, однако, даже после высказанной на слушаниях научной критики, были опубликованы без изменений в виде упомянутого сборника (лишь во вступлении его составитель пытается опровергнуть сомнения, высказанные нами ранее в газете "Завтра", 1998, № 11).

Прежде всего это касается ритуального характера цареубийства, о котором старший прокурор-криминалист Генпрокуратуры РФ В.Н. Соловьев пишет: "Следствие полностью исключает ритуальный характер убийства. Мотивы убийства носили политический характер". Составитель сборника добавляет к этому: "следствие... рассматривало только фактический, а не мистический аспект проблемы", – здесь имеются в виду наши аргументы (приведенные выше) для слушаний в Госдуме. Однако как раз отмеченные нами факты причастности к цареубийству еврейско-масонских кругов не изучались комиссией, о чем свидетельствует ее документ "Проверка версии о так называемом "ритуальном убийстве"...".

Автор этой "проверки", все тот же Соловьев, основное внимание уделил опровержению так называемого "кровавого навета" на евреев (отрицая даже судебно-установленные случаи, описанные В.И. Далем), что вряд ли имеет прямое отношение к данному делу. В числе же своих аргументов, "опровергающих" ритуальный характер цареубийства, Соловьев выдвигает следующие:

– "Основной причиной, заставившей Временное правительство перевести царскую семью ... в Тобольск, явилось опасение о возможной несанкционированной расправе населения с царской семьей".

– "Ни в одном примере "ритуальных убийств", приведенных В.И. Далем, нет таких действий убийц, как стрельба из пистолетов, убийство штыком армейской винтовки, попытка скрыть трупы в глубокой шахте, попытка уничтожить трупы взрывом гранат, сожжение трупов, использование серной кислоты, наконец, сокрытие трупов на малой глубине под проезжей частью дороги".

– "Участие еврея Юровского Я.М. во всех этих действиях было вынужденным".

– "Наличие на стене надписи на немецком языке... не дает оснований для утверждения о ритуальном характере", ибо "не имеется данных об участии Гейне в каких-либо иудейских религиозных течениях..."; "Энель не смог доказать того, что "каббалистические" знаки являются надписью, а, например, не "пробой пера"... и того, что данные знаки ранее использовались при исполнении определенных религиозных ритуалов".

– "С точки зрения закона обсуждение вопроса о "ритуальных убийствах" некорректно, поскольку существующее законодательство не знает такого понятия".

Если все это сравнить с нашими аргументами и вопросами, которые Соловьев проигнорировал и после слушаний в Госдуме, то такой уровень аргументации свидетельствует о пропагандно-апологетическом, а не о следственном характере данного заключения.

К вопросу о ритуальном убийстве примыкает и тайна царских голов. Соловьев решает ее так: поскольку на екатеринбургских останках "никаких следов, свидетельствующих об отсечении голов нет", значит головы не отсекались (поставить логичный вопрос: а может быть, следов нет, потому что останки не те? – следователю в голову не приходит).

Все противоречащие этому сведения (из более чем десяти разных источников – см., например, статью С. Фомина в сборнике "Тайны Коптяковской дороги", М. 1998) комиссия просто отказалась принять во внимание как "слухи", которые "популяризировались различными нечистоплотными людьми", несмотря на то, что у большевиков известны случаи отсечения голов у жертв как форма отчетности. Сам участник цареубийства П.3. Ермаков в 1952 г. утверждал, что три тела – Императора, Царевича и одной из Царевен – были лично им сожжены, а головы отделены и забраны П.Л. Войковым ("Комсомольская правда", 25.11.1997). Известно, что после убийства Голощекин увез в Москву три ящика. В 1920-е годы не раз утверждалось, что заспиртованную голову Императора видели в Кремле; она упомянута и в кремлевской описи предметов, о чем промелькнуло сообщение № 21 (62) в агентстве "Аргументы и факты – Новости" от 27.01.96 и тут же загадочно утерялось. (Приведший это сообщение Л.Е. Болотин полагает, что утечка информации произошла от тогдашнего начальника президентской службы безопасности А.В. Коржакова, ведшего "свою игру", – см. "Православие или смерть!", 1998, № 8.).

На "екатеринбургских останках" нет и многих других следов, например, от удара саблей на черепе Императора и даже следов огня и разрубов на костях. Тогда непонятны такие находки Соколова в 1918 г., как вытопленные сальные массы, смешанные с землей, отрезанный палец, обожженные кости со следами порубки вместе с порубленными и обожженными драгоценностями (они были зашиты в одежду), нательными образками и другими вещами Царской семьи, а также вместе с выплавленным свинцом из пуль – все это было найдено белым следователем Соколовым у шахты и в ней самой (а не у данного "екатеринбургского захоронения" в Поросенковом логу, где, согласно "Записке Юровского", только и решили перед захоронением сжечь два тела).

Правительственная комиссия не смогла объяснить эти и другие противоречия между своими выводами, основанными на "Записке Юровского", и выводом Соколова, подтвержденным и другими участниками цареубийства (Родзинский, Ермаков) о том, что тело Императора было уничтожено. Согласно Ермакову, было сожжено три тела (это только лично им, поскольку сожжением занимались и другие во "вторую смену"), согласно чекисту Родзинскому – четыре-пять-шесть, а согласно "Записке Юровского" – только два и в другом месте...

К тому же "Записка Юровского" противоречит доказанному хронометражу событий, что показал С.А. Беляев в материале для слушаний в Госдуме: "Юровский не мог быть участником и очевидцем" происходившего днем 17 июля у шахты, ибо был в городе; а утром 19 июля невозможно было за час-полтора сжечь два трупа к тому же в 200 метрах прямой видимости от железнодорожного переезда, где находилось много посторонних людей. "Записка" противоречит и здравому смыслу: например, в ней утверждается, что уже у шахты Юровский приказал все тела сжечь и "команда приступила к сжиганию", но тут же без объяснений сказано, что "трупы опустили в шахту" и забросали гранатами. Для чего это было нужно и зачем "заваливать" шахту, если она "заранее была предназначена стать лишь временным местом их погребения", по сути на несколько часов (таково было пояснение Юровского в 1934 г.), и зачем вообще понадобилось это странное "временное захоронение", из которого вскоре красноармейцы с трудом извлекали тела?..

Похоже, все эти утверждения в "Записке" понадобились для одной цели, выраженной в самом ее тексте: "этим комендант объясняет нахождение на этом месте белыми... оторванного пальца и т. п.". То есть "Записка" составлена после появившихся за границей публикаций о цареубийстве, видимо, чтобы дать иное объяснение найденным у шахты следам уничтожения тел: мол, в течение двух дней тела лежали в шахте, доставались оттуда, долго перевозились, а не сжигались...

На основании всего этого оппоненты правительственной комиссии (Ю.А. Буранов и др. в сборнике: "Правда о екатеринбургской трагедии". М. 1998) утверждают, что "Записка Юровского" составлялась, чтобы смягчить суть злодеяния и выдать ложную версию, поэтому она и написана почерком историка М.Н. Покровского. Именно его рукою сделана и важнейшая приписка с точным указанием координат "екатеринбургского захоронения" – при множестве прочих фактических неточностей (указано неверное число убитых, неверная фамилия повара и др.). Даже если верить официальным утверждениям, что "Записка" была составлена в разных вариантах в 1920-1922 гг., то ведь именно тогда большевики начали переговоры с западными странами об установлении торговых отношений, ради этого объявили НЭП и постарались затушевать многие свои преступления. Это вполне понятно для преступников, на показаниях которых поэтому не должно основываться следствие, – в данном же случае только преступникам комиссия и предложила верить.

Комиссия не расследовала и историю данного екатеринбургского захоронения. По убеждению Ермакова, оно не могло существовать в 1918 г., а было сделано Юровским лишь в 1919 г. после отхода белых, о чем свидетельствуют и разные мостики из шпал на фотографиях этого места. Почему-то органы интересовались им и в 1946 г., когда там велись раскопки и опрашивались уцелевшие участники цареубийства; екатеринбургская газета "Новая хроника" (3.11.95) сообщила, что в местном архиве КГБ хранится документация по этому делу, которую, однако, отказываются предоставить исследователям.

В любом случае органы всегда хорошо знали эту "царскую могилу" и не делали из нее особого секрета: она упоминается даже Маяковским в одном из стихотворений; известна фотография 13 человек на месте захоронения в июле-августе 1919 г. Так что его "законспирированное" обнаружение в 1978-1979 гг. А.Н. Авдониным и Г.Т. Рябовым (действовавшим, по его словам, с "помощью самого Щелокова", министра МВД) трудно считать открытием. Бросается в глаза, что это произошло почти одновременно с разрушением дома Ипатьева в 1977 г. Тогда в эмиграции уже началась подготовка к прославлению Царской семьи, ширилось и ее почитание в России, что и побудило Политбюро ЦК КПСС принять контрмеры в Свердловске (где первым секретарем обкома был Ельцин). Трудно предположить, что в тоталитарном СССР после "помощи Щелокова" вскрытие захоронения в 1979 г. "первооткрывателями" произошло без ведома органов.

Разумеется, Рябов мог и не знать подлинных целей "помощи" ему МВД, и, объявив в 1989 г. о "найденном им" захоронении, хотел лишь прославиться. Однако записавший показания Ермакова А.П. Мурзин отмечает: "Разве не вызывает вопросов странный ряд совпадений: три отрубленные Ермаковым от августейших тел головы; три подозрительных ящика "с чем-то", которые вез Голощекин в Москву в 1918 г.; три черепа, изъятые из захоронения Рябовым и Авдониным (и сходу объявленные ими черепами Николая II, Алексея и Анастасии); три черепа, "возвращенные" ими туда же в 1980-м..." ("Комсомольская правда", 25.11.1997).

Всем этим правительственная комиссия почему-то не заинтересовалась. Как признает даже один из ее членов, ее эксперты "дружно противостояли любой иной точке зрения... Удивляла и таинственность в работе Комиссии. Даже нам, ее членам, не предоставлялись все документы" ("Дворянское собрание", 1998, № 9). Но можно ли тогда быть уверенным в ее "коронном доказательстве", генетической экспертизе? – ставят вопрос оппоненты. Во-первых, неизвестно, были ли скелеты проверены на принадлежность всех их частей (включая черепа) одному и тому же человеку. Во вторых, можно ли быть уверенным в том, что на экспертизу не были взяты образцы, например, из царских гробниц? Это могло быть сделано кем-то и без ведома членов комиссии. Да и почему нужно верить в честность такой комиссии, если само ее название – "по изучению вопросов, связанных с исследованием и перезахоронением останков Российского императора Николая II и членов его семьи" – изначально содержало в себе требуемый результат "исследования"?..*

* Заметим, однако, что у этой проблемы есть две разных стороны, которые не следует смешивать: 1) тайны, связанные с цареубийством, в которых нынешние демократы (бывшие коммунисты) не пожелали отделить правду от дезинформации большевиков, невольно чувствуя и свою нравственную ответственность за их преступления; 2) вопрос о подлинности и целостности "екатеринбургских останков". Поэтому в дискуссии мы всегда делали оговорку: "Пока нет убедительного доказательства подлога, нельзя исключать и того, что хотя бы часть останков подлинна. Поэтому сомнения тут не должны выливаться в грубо-пренебрежительное отношение к самим останкам. В этом вопросе лучше проявить сдержанность и терпение: истинные мощи сами дадут о себе знать..." ("Завтра", 1998, № 11; "Православие или смерть!", 1998, № 8).

Повторим: исходная причина неверия православным народом в подлинность "екатеринбургских останков" состоит в нравственном облике власти. Однако многие вспоминали и сон св. прав. Иоанна Кронштадтского в 1908 г.: "... трон пошатнулся, и пала корона, покатилась. Звери ревели, бились, давили Помазанника. Разорвали и растоптали, как бесы в аду, и все исчезло...". После чего Царь-Мученик предстал о. Иоанну и сказал, что "пострадал за всех христиан", но – "могилы моей не ищите, – ее трудно найти..." ("Православная Русь", 1952, № 20).


———————————— + ————————————
назад  вверх  дальше
——————— + ———————
ОГЛАВЛЕНИЕ
——— + ———
КНИГИ

Постоянный адрес данной страницы: http://rusidea.org/?a=430161


 просмотров: 7238
ОТЗЫВЫ ЧИТАТЕЛЕЙ:
Ваше имя:
Ваш отзыв:




Архангел Михаил


распечатать молитву
 

ВСЕ СТАТЬИ КАЛЕНДАРЯ




Наш сайт не имеет отношения к оформлению и содержанию размещаемых сайтов рекламы

Главный редактор: М.В. Назаров, Редакторы: Н.В.Дмитриев, А.О. Овсянников
rusidea.org, info@rusidea.org
Воспроизведение любых материалов с нашего сайта приветствуется при условии:
не вносить изменений в текст (возможные сокращения необходимо обозначать), указывать имя автора (если оно стоит) и давать ссылку на источник.